Бесплатная горячая линия

8 800 700-88-16
Главная - Другое - Порка крепостных девок

Порка крепостных девок

Порка крепостных девок

Крепостная девка и её хозяин

Автор: | 01.07.2020 — 19:53 |01.07.2020 80% 90% 100% 110% 120% 130% 140% 150% Матрена была горничной в доме Коровиных. Ей было тринадцать, когда умерла жена барина.

С тех пор прошло два года. Кирилла Матвеевич после смерти жены жил в имении родителей. Он был молод красив. Темные шелковистые кудри свисали до плеч.

Глаза синие большие. Добрые такие ласковые глаза. Матрена знала, барин скоро снова женится.

Даже невесту его видела. Но все равно, стоило ей увидеть его, ноги у нее становились ватными, голова шла кругом, а сердце хотело выскочить из груди. Она любила его, как преданная собака. Она хотела близости с ним. Она хотела его ласк, хотела его власти над собой.

Кирилла Матвеевич пришел однажды вечером на берег реки и увидел девушку.

Она входила в воду медленно. Когда вода дошла ей до ягодиц, она поняла, что мочит волосы. Коса у нее была длинная, очень светлая, пушистая. Девушка подняла руки и завязала косу узлом, а сверху, что бы узел не развязался, повязала платок, который до этого лежал у нее на плечах.

Так он увидел ее всю. Она стояла спиной к нему, совершенно голая.

Тело ее было на вид плотным, упругим.

Очень хотелось коснуться ее. Кирилла Матвеевич бросил удочки на берег и отослал лакея прочь. Планы его на сегодняшний вечер изменились.

Он спрятался в кустах и стал ждать, когда она выйдет из воды.

Он узнал ее, когда она шла к берегу. Почему он раньше не замечал ее. Черты лица нежные. Носик маленький курносый, губы пухлые, мягкие.

Грудь высокая, полная. Лицо и руки чуть тронуты солнцем, а тело белое. Кожа слегка розоватая, может от вечернего солнца, может от природы.Кирилла Матвеевич вышел из кустов, когда она было совсем близко.

Увидел, что девушка смущена, но не испугана. – Позвольте мне одеться, барин. Ваша матушка недовольна будет, если я сейчас не вернусь.

Я должна ей раздеться помочь перед сном и книжку почитать. – Одевайся, кто тебе мешает? Молодой человек не спускал с девки глаз. Он с удовольствием взял бы ее прямо здесь на берегу, но не хотел спешить.

Он понял, что она специально ждала его и будет рада разделить с ним постель.

Кирилла Матвеевич немного удивился, что даже барыни своей она не побоялась и решилась соблазнить его. Крутой нрав своей матушки он знал, знал, барыня своих горничных наказывает сама.

Часто слышал их крики. Да и у девушки вон на ягодицах следы от хозяйской плетки.– Да, я вижу тебе недавно досталось, за что барыня наказала?

– Я проспала, и когда она меня позвала, была не причесана и не одета. Поторопись тогда, а то барыня опять накажет. После того, как Анна Родионовна уснет, придешь ко мне в комнату, поможешь раздеться и расскажешь сказку.

Кирилла Матвеевич повернулся и пошел домой. Он знал, она придет обязательно. Матрена с трудом дождалась, пока барыня отпустила ее.

В дверь молодого барина она вошла тихо: – Вы приказали прийти, – прошептала еле слышно и низко опустила голову. – Пришла, так раздевайся, я что ли тебя раздевать буду.

Молодой барин уже лежал в кровати и смотрел на девку ласково и насмешливо.

Гостья безропотно подчинилась, и стояла возле двери в одной рубашке.

– Рубашку тоже снимай, я тебя на речке уже всю видел.

Ты ведь туда специально пришла и ждала меня. Ты не могла не знать, что я каждый вечер рыбу ловлю в этом месте.

Давай, давай иди сюда. Я ведь вижу, ты сама этого хочешь.Они лежали рядом, но барин не спешил, он хотел заставить ее действовать.

Ему нравилось, когда девки сами лезли к нему.

Матрена была у него далеко не первой. Он дотронулся до ее груди, соски налились, сомневаться в том, что она сгорает от желания не приходилось.

Погладил низ живота, раздвинул складки кожи между ног и нащупал влажную воспаленную плоть. Ему нравилось дразнить ее, это возбуждало, доставляло дополнительное удовольствие.

Его ласки кружили ей голову. Она раздвигала ноги и выгибалась навстречу его руке, но он продолжал лежать на спине.

Она знала он тоже сгорает от желания, видела как поднялось одеяло в том месте, которое интересовало ее сейчас больше всего. Она не выдержала и погладила этот бугорок, сначала поверх одеяла, а когда поняла, что барин доволен, откинула одеяло, села на кровать и начала руками ласкать его член. Девушка целовала его грудь, затем ее губы коснулись его живота.

Его возбуждение усиливалось, но контроля над собой он не терял. Она не выдержала первой, легла на спину, широко раздвинув ноги и прошептала: – Возьми меня, я так хочу, что сил нет терпеть больше.

Он был у нее первым, но даже боль не помешала ей получить удовольствие. – Ну что, тихоня, понравилось?

– спросил Кирилл, когда все было кончено, и они лежали рядом, тяжело дыша.

– Да, – прошелестело в ответ еле слышно. В ту ночь он взял ее трижды, она ушла под утро, прилегла думала, что вздремнет минуточку и проспала. Когда она пришла в комнату барыни, та была уже наполовину одета.

Матрена стояла у дверей, не смея поднять головы. Она знала – сегодня ее ждет порка.

Барыня на нее сердита и накажет безжалостно. На столе уже лежал березовый прут.

– Подойди ко мне, красавица. Оголяй задницу буду учить, – сказала Анна Родионовна, когда прическа ее была закончена. Барыня, простите Христа ради, – по щекам девки потекли крупные, как горошины слезы.

На пощаду она не надеялась, просто очень боялась, знала достанется ей сегодня здорово. – Ты милка, даже зная, что будешь порота, ведешь себя безобразно.

Если я тебя сейчас прощу, ты мне совсем на шею сядешь. Может быть, через задницу до твоей головы достучусь. Задирай сарафан, а не то прикажу привязать к лавке, и выпорю трижды, помнишь как Наташку за воровство секла?

Умеешь шкодить, умей отвечать. Девушка сжалась от ужаса, но ослушаться не посмела.

Как секла барыня Наташку она видела и забыть еще не успела. Сначала вожжами порола, потом сходила в сад погуляла, долго выбирала подходящий прут а когда вернулась продолжила этим прутом. До вечера Наташка пролежала привязанной к лавке, пока хозяйка не выпорола ее в третий раз, тем же ивовым прутом.

Наташка потом неделю сидеть не могла. Матрена молча подошла к лавке и легла на нее, задрав подол сарафана.

Она взвизгивала после каждого удара, плакала и просила прощения.

Наконец, барыня решила, что девка наказана достаточно, отбросила в сторону прут и скомандовала: – Вставай, иди работай. Я думаю, что ты все поняла. – Спасибо за науку барыня, – сказала Матрена, вставая с лавки, и отправилась накрывать стол к завтраку. Молодой барин увидел за завтраком заплаканное лицо девушки и обратился к матери с улыбкой: – Это она сегодня так орала, что всех лягушек в болоте перебудила?
Молодой барин увидел за завтраком заплаканное лицо девушки и обратился к матери с улыбкой: – Это она сегодня так орала, что всех лягушек в болоте перебудила? За что ты ее так маменька?– Спать долго по утрам любит, второй раз за это порю, не знаю поможет или нет.

Я бы ее давно в деревню отправила да кроме нее никто из девок читать не умеет.

Я без книжки уснуть не могу, а глаза не видят. Вот и терплю эту дуру. Ночью Матрена сама пришла к барину в спальню и снова ушла под утро.

Боялась проспать и потому в постель даже не ложилась. Поспать несколько минут смогла только после обеда, когда ушла отдыхать барыня. К вечеру девка едва держалась на ногах и уснула, едва вошла в свою комнату и добралась до кровати.

Кирилл долго ждал, когда она придет и не дождавшись тоже уснул. Утром он проснулся рано. Пожалел о том, что спал ночью один.

Пора жениться. После смерти первой жены прошло уже два года. Дворовые девки конечно решали его мужские проблемы, но хотелось большего.

Спать один молодой барин не любил и потому утром решил попросить у матери Матрену.

Она прислуживала им за столом и выглядела весьма привлекательно. Ночью она явно выспалась и сегодня была свежей. На щеках румянец. Глаза голубые, ресницы темные, густые.

Вся такая ладненькая, крепенькая. Похлопал девку пониже спины и спросил насмешливо: – Ну как задница помнит еще матушкину науку?

Девка смутилась и опустила глаза. То что она услышала дальше заставило ее задрожать. – Маменька, а знаешь, почему она проспала?

Меня ублажала. Позволь мне с ней еще немного развлечься, пока холостой.

Прикажи пусть после того, как ты ее отпустишь, идет ко мне, а то я сегодня плохо спал.

Она видно проспать боится и не приходит ко мне. – Кирюш, ты взрослый человек, и разрешения спать с девкой у меня спрашивать тебе не зачем. Ночью делай с ней, что хочешь, но днем она работать должна. Я думаю, ты на ней не воду возил. На это дело много времени не нужно. Ну, а ты, милка, опять готовь задницу.
Ну, а ты, милка, опять готовь задницу.

Сейчас чаю попью и выпорю, чтобы знала, девушка невинность свою должна для мужа хранить. Коли лишилась невинности без времени, будешь наказана.

Я не думаю, что барин тебя силой взял.

Что скажешь Кирилла Матвеевич? – Ты, маменька как в воду глядела. Представляешь прихожу на рыбалку, а эта сучка там нагишом купается.

До меня она правда девкой была, но ноги раздвигать ее учить не надо. Даже уговаривать не пришлось, сама просила, а потом еще и припрашивала.

– Кирюш, мне сейчас ей богу некогда, соседи в гости звали, а я еще даже не знаю, что одену. Выпори эту потаскуху сам. Я думаю, ты знаешь, я их прутом порю. – Сделаю маменька, как ты скажешь.

А ты милая приходи в мою спальню, и прут приноси.

Поучу тебя немного. В голосе хозяина слышались презрение и насмешка. Но Матрена продолжала любить его. Она знала, он накажет ее даже больнее, чем барыня, но все равно не могла на него обижаться. Все равно он был самым лучшим, самым красивым, самым добрым. Она ведь сама без принуждения отдалась ему.
Она ведь сама без принуждения отдалась ему.

Она действительно порочная распутная девка.Кирилла Матвеевич лежал на кровати и ждал. Девка явно задерживалась. Он не сомневался в том, что она не посмеет ослушаться и скоро явится, просто ему не терпелось поиметь ее.

Выпорет он ее потом, сначала нужно утолить свое желание.

Наконец он услышал стук в дверь и приказал войти. На пороге стояла она, с березовым прутом в руках. Она смотрела на хозяина жалобно, как собака, и ждала приказаний.

Барин молчал и девушка не смела заговорить первой. Наконец ему надоело, и она услышала приказ: – Раздевайся и иди в постель. Выпороть я тебя еще успею. Она понимала, что будет бита за распущенность, но не смогла скрыть блаженной улыбки на своем лице.

Кирилл видел ее насквозь, пожар между ног волновал ее сейчас гораздо больше, чем страх наказания.

Он опрокинул ее на спину и взял грубо, без единой ласки, и все равно ей с ним было хорошо.

Она стонала и выгибалась ему навстречу. Он кончил быстро, она не успела. Он лежал на ней, тяжело дыша, и она продолжала прижиматься к нему бедрами и двигала задом.

Такое бесстыдство разозлило барина и он решил, что девка порки действительно заслуживает.

Он перевернулся на спину и закурил. Так молча, он лежал около пяти минут. Матрена за это время несколько остыла. Она покорно ждала своей участи. Наконец барин встал с кровати, надел халат и взял в руки прут. – Ну что разлеглась, вставай, буду учить. Матрена подчинилась и стояла перед своим господином.

Матрена подчинилась и стояла перед своим господином.

Она не смела поднять глаз и посмотреть ему в лицо. Смотрела на его волосатые ноги, обутые в мягкие тапочки.

Отсутствие одежды делало ее особенно уязвимой перед наказанием.

Он занес руку для удара и резко опустил прут на ее задницу.

Матрена вскрикнула от боли и отскочила в сторону. Кирилл подошел к ней, развязал ленту в ее косе и связал этой лентой ее руки. Связанные руки девушки он привязал к подлокотнику кресла.

Матрене пришлось наклониться вперед. Стоять так было особенно страшно и неудобно. Зато барин ее позой остался доволен.

Он усмехнулся и приступил к наказанию.

Первый удар оставил на ягодицах Матрены красный припухший рубец. Она вскрикнула и дернулась всем телом. Неожиданно Кирилл почувствовал резкое сексуальное возбуждение.

Он стал наносить удары один за другим.

– Барин, родненький, ой больно.

Ой пощади, ой больно. Ее крики только усиливали его возбуждение.

Он на минуту прекратил наказание и погладил ее зад.

Его рука проникла ей между ног, и его палец проник в нее достаточно глубоко. Желание проснулось в ней мгновенно, она задвигала задом и застонала от удовольствия. Кирилл почувствовал, как налилась и стала влажной ее плоть.

Он взял ее сзади. Она приняла его с готовностью. Ее тело двигалось с ним в такт.

В таком положении он проникал в нее очень глубоко. Она кончила почти сразу, и уже через минуту возбуждение вновь заставило ее извиваться и стонать от сладкой муки.

00

4 654

Загрузка.

Закладка . Вы писатель, поэт, начинающий автор? Ищете где опубликовать свои работы в интернете?!

← публиковать прозу ← здесь поэзия и стихи

  1. 6332 Всего публикаций:
  2. 3 Сегодня опубликовано:
  3. 1073 Сайту дней:
  4. 5978 Всего комментариев:
  5. 1138 Пользователей:
    • 3 Сегодня опубликовано:
    • 6332 Всего публикаций:
    • 5978 Всего комментариев:
    • 1073 Сайту дней:
    • 1138 Пользователей:

    � �

Подписка на новые истории E-mail рассылка от IstoriiPro.ru

Массовая практика изнасилования крепостных детей и женщин помещиками при царизме

О том, что в России существовало крепостное право, знают все. Но что оно представляло собой на самом деле — сегодня не знает почти никтоВесь строй крепостного хозяйства, вся система хозяйственных и бытовых взаимоотношений господ с крестьянами и дворовыми слугами были подчинены цели обеспечения помещика и его семьи средствами для комфортной и удобной жизни.

Даже забота о нравственности своих рабов была продиктована со стороны дворянства стремлением оградить себя от любых неожиданностей, способных нарушить привычный распорядок. Российские душевладельцы могли искренне сожалеть о том, что крепостных нельзя совершенно лишить человеческих чувств и обратить в бездушные и безгласные рабочие машины. Случаев, когда в наложницах у крупного помещика оказывалась насильно увезенная от мужа и дворянская жена или дочь — в эпоху крепостного права было немало.

Причину самой возможности такого положения дел точно объясняет в своих записках Е. Водовозова. По ее словам, в России главное и почти единственное значение имело богатство — «богатым все было можно».Но очевидно, что если жены незначительных дворян подвергались грубому насилию со стороны более влиятельного соседа, то крестьянские девушки и женщины были совершенно беззащитны перед произволом помещиков.

А.П. Заблоцкий-Десятовский, собиравший по поручению министра государственных имуществ подробные сведения о положении крепостных крестьян, отмечал в своем отчете:«Вообще предосудительные связи помещиков со своими крестьянками вовсе не редкость. В каждой губернии, в каждом почти уезде укажут вам примеры… Сущность всех этих дел одинакова: разврат, соединенный с большим или меньшим насилием.

Подробности чрезвычайно разнообразны.

Иной помещик заставляет удовлетворять свои скотские побуждения просто силой власти, и не видя предела, доходит до неистовства, насилуя малолетних детей… другой приезжает в деревню временно повеселиться с приятелями, и предварительно поит крестьянок и потом заставляет удовлетворять и собственные скотские страсти, и своих приятелей».

Принцип, который оправдывал господское насилие над крепостными женщинами, звучал так:«Должна идти, коли раба!»Принуждение к разврату было столь распространено в помещичьих усадьбах, что некоторые исследователи были склонны выделять из прочих крестьянских обязанностей отдельную повинность — своеобразную «барщину для женщин». Насилие носило систематически упорядоченный характер.

После окончания работ в поле господский слуга, из доверенных, отправляется ко двору того или иного крестьянина, в зависимости от заведенной «очереди», и уводит девушку — дочь или сноху, к барину на ночь. Причем по дороге заходит в соседнюю избу и объявляет там хозяину:

«Завтра ступай пшеницу веять, а Арину (жену) посылай к барину»

… В.И. Семевский писал, что нередко все женское население какой-нибудь усадьбы насильно растлевалось для удовлетворения господской похоти.

Некоторые помещики, не жившие у себя в имениях, а проводившие жизнь за границей или в столице, специально приезжали в свои владения только на короткое время для гнусных целей.

В день приезда управляющий должен был предоставить помещику полный список всех подросших за время отсутствия господина крестьянских девушек, и тот забирал себе каждую из них на несколько дней:

«Когда список истощался, он уезжал в другие деревни, и вновь приезжал на следующий год»

. А.И. Кошелев писал о своем соседе:«Поселился в селе Смыкове молодой помещик С., страстный охотник до женского пола и особенно до свеженьких девушек.

Он иначе не позволял свадьбы, как по личном фактическом испытании достоинств невесты.

Родители одной девушки не согласились на это условие.

Он приказал привести к себе и девушку и ее родителей; приковал последних к стене и при них изнасильничал их дочь. Об этом много говорили в уезде, но предводитель дворянства не вышел из своего олимпийского спокойствия, и дело сошло с рук преблагополучно». Примечательно, что в оригинальной авторской версии повести «Дубровский», непропущенной императорской цензурой и до сих пор малоизвестной, Пушкин писал о повадках своего Кириллы Петровича Троекурова:«Редкая девушка из дворовых избегала сластолюбивых покушений пятидесятилетнего старика.

Сверх того, в одном из флигелей его дома жили шестнадцать горничных… Окна во флигель были загорожены решеткой, двери запирались замками, от коих ключи хранились у Кирилла Петровича. Молодыя затворницы в положенные часы ходили в сад и прогуливались под надзором двух старух.

От времени до времени Кирилла Петрович выдавал некоторых из них замуж, и новые поступали на их место…» Большие и маленькие Троекуровы населяли дворянские усадьбы, кутили, насильничали и спешили удовлетворить любые свои прихоти, нимало не задумываясь о тех, чьи судьбы они ломали. Один из таких бесчисленных типов — рязанский помещик князь Гагарин, о котором сам предводитель дворянства в своем отчете отзывался, что образ жизни князя состоит

«единственно в псовой охоте, с которою он, со своими приятелями, и день и ночь ездит по полям и по лесам и полагает все свое счастие и благополучие в оном»

. При этом крепостные крестьяне Гагарина были самыми бедными во всей округе, поскольку князь заставлял их работать на господской пашне все дни недели, включая праздники и даже Святую Пасху, но не переводя на месячину.

Зато как из рога изобилия сыпались на крестьянские спины телесные наказания, и сам князь собственноручно раздавал удары плетью, кнутом, арапником или кулаком — чем попало.Завел Гагарин и свой гарем:«В его доме находятся две цыганки и семь девок; последних он растлил без их согласия, и живет с ними; первые обязаны были учить девок пляске и песням. При посещении гостей они составляют хор и забавляют присутствующих.

Обходится с девками князь Гагарин так же жестоко, как и с другими, часто наказывает их арапником.

Из ревности, чтобы они никого не видали, запирает их в особую комнату; раз отпорол одну девку за то, что она смотрела в окно». О нравах помещиков дает представление и описание жизни в усадьбе генерала Льва Измайлова.

Информация о несчастном положении генеральской дворни сохранилась благодаря документам уголовного расследования, начатого в имении Измайлова после того, как стали известны происходившие там случаи несколько необыкновенного даже для того времени насилия и разврата.Измайлов устраивал колоссальные попойки для дворян всей округи, на которые свозили для развлечения гостей принадлежащих ему крестьянских девушек и женщин. Генеральские слуги объезжали деревни и насильно забирали женщин прямо из домов.

Однажды, затеяв такое «игрище» в своем сельце Жмурове, Измайлову показалось, что «девок» свезено недостаточно, и он отправил подводы за пополнением в соседнюю деревню. Но тамошние крестьяне неожиданно оказали сопротивление — своих баб не выдали и, кроме того, в темноте избили Измайловского «опричника» — Гуська.

Взбешенный генерал, не откладывая мести до утра, ночью во главе своей дворни и приживалов налетел на мятежную деревню. Раскидав по бревнам крестьянские избы и устроив пожар, помещик отправился на дальний покос, где ночевала большая часть населения деревни.

Там ничего не подозревающих людей повязали и пересекли.Встречая гостей у себя в усадьбе, генерал, по-своему понимая обязанности гостеприимного хозяина, непременно каждому на ночь предоставлял дворовую девушку для «прихотливых связей», как деликатно сказано в материалах следствия.

Наиболее значительным посетителям генеральского дома по приказу помещика отдавались на растление совсем молодые девочки двенадцати-тринадцати лет. Число наложниц Измайлова было постоянным и по его капризу всегда равнялось тридцати, хотя сам состав постоянно обновлялся. В гарем набирались нередко девочки 10–12 лет и некоторое время подрастали на глазах господина.
В гарем набирались нередко девочки 10–12 лет и некоторое время подрастали на глазах господина.

Впоследствии участь их всех была более или менее одинакова — Любовь Каменская стала наложницей в 13 лет, Акулина Горохова в 14, Авдотья Чернышова на 16-м году.Одна из затворниц генерала, Афросинья Хомякова, взятая в господский дом тринадцати лет от роду, рассказывала, как двое лакеев среди белого дня забрали ее из комнат, где она прислуживала дочерям Измайлова, и притащили едва не волоком к генералу, зажав рот и избивая по дороге, чтобы не сопротивлялась. С этого времени девушка была наложницей Измайлова несколько лет. Но когда она посмела просить разрешения повидаться с родственниками, за такую «дерзость» ее наказали пятидесятью ударами плети.

Нимфодору Хорошевскую, или, как Измайлов звал ее, Нимфу, он растлил, когда ей было менее 14 лет. Причем разгневавшись за что-то, он подверг девушку целому ряду жестоких наказаний:«сначала высекли ее плетью, потом арапником и в продолжение двух дней семь раз ее секли. После этих наказаний три месяца находилась она по прежнему в запертом гареме усадьбы, и во все это время была наложницей барина…» Наконец, ей обрили половину головы и сослали на поташный завод, где она провела в каторжной работе семь лет.

Но следователями было выяснено совершенно шокировавшее их обстоятельство, что родилась Нимфодора в то время, как ее мать сама была наложницей и содержалась взаперти в генеральском гареме. Таким образом, эта несчастная девушка оказывается еще и побочной дочерью Измайлова! А ее брат, также незаконнорожденный сын генерала, Лев Хорошевский — служил в «казачках» в господской дворне.Сколько в действительности у Измайлова было детей, так и не установлено.

Одни из них сразу после рождения терялись среди безликой дворни.

В других случаях беременную от помещика женщину отдавали замуж за какого-нибудь крестьянина Источник: Отрывки из книги Б.Ю. Тарасова «Россия крепостная. История народного рабства»Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов

  1. |

Крепостные мучилища | Как наказывали русских крестьян

5 июняКак любят вопить квасные патриоты, крепостное право — это совсем не рабство, а ПРАВО!

Поэтому нельзя их сравнивать и очернять нашу великую историю.Ну что же, сравнивать и не будем, просто расскажем о том, какими методами владельцы «русских душ» приводили оные к покорности и повиновению.Соборное Уложение с 1649 года закрепило за крестьянами их право на отсутствие прав, а за помещиками и вообще любыми обличенными властью людьми, право на физическое насилие.Жестоко порицалось лишь убийство крестьянина, но такие случаи крайне редко доходили до суда и там спускались на тормозах, поэтому угнетение приобрело характер экономической, физической и сексуальной эксплуатации.Звери алчные, пиявицы ненасытные, что мы крестьянину оставляем?То, чего отнять не можем, воздух.

Да, один воздух. Отьемлем нередкоу него не токмо дар земли, хлеб и воду, но и самый свет.А. Н. Радищев. «Путешествие из в Москву»К 1861 году крепостных крестьян было 23 миллиона человек из 60 миллионов населения России, то есть более половины подданных империи было лишено прав. Еще 30 миллионов человек относились с государственным людям, то есть были приписаны к казне, но по сути не отличались от крепостных.Юридически они отличались от африканских рабов двумя признаками: они содержали себя сами, выращивая пропитание для себя и для барина, в отличие от негров, которых кормил хозяин, а также по закону их нельзя было чрезмерно притеснять, но эта норма де-факто не работала.В самых жутких случаях, помещикам давали смехотворные наказания.Помещица Белорукова забила насмерть просмоленной веревкой крепостную девочку 9-ти лет, процесс затянули так, что информации о наказании не нашлось, было ли оно?!Кроме того, у помещика было право на бессрочный розыск крестьянина.

Что делало жизнь последнего полностью перечеркнутой в случае побега! Искать будут всю жизнь и если найдут, то кара будет с жестокостью палачей. Оттого беглые уходили в сибирскую глушь, на Кавказ, бежали в Польшу или Литву за тысячи верст, иначе не спастись.Помещик Николай Струйский из Пензы собрал в имении целую коллекцию пыточных инструментов, что само по себе не было удивительным.

Он прославился «домашним тиром», где его рабы бегали по огороженной территории и крякали как утки, а помещик и его друзья стреляли забавляясь.В ходе таких забав, помещик убил около 200 человек.Праздность и безделье породили у помещиков графоманию, которая оставила множество трудов по управлению имением и крепостными в нем. Например «Журнал домового управления» — тетрадь, в которую заносились хозяйственные распоряжения одного помещика начала 19 века.

Здесь на крепостных за каждую мелочь сыпались плети сотнями, розги — тысячами ударов; было строго дифференцировано отношение удара плетью к удару розгой: удар плетью равняется 170 розгам. Автор тетради жил в Москве, где проживало несколько его дворовых людей на оброке или в обучении мастерствам.

Всякий праздник эти дворовые должны были являться в дом господина на поклон; за неявку назначена тысяча розог.Наказанный тяжко мог ложиться в господский госпиталь; впрочем, было определено точно, сколько дней каждый наказанный мог лежать: срок зависел от количества ударов. Наказанный 100 плетьми или 17 тыс.

розог мог лежать неделю; получивший не более чем 10 тыс.

розог — полнедели. Кто лежал более, того лишали хлеба и вычитали соответствующую долю его месячного жалования.

Вообще строгой причины для битья не было, били как за настоящие проступки, так и за мелочь, например плохо чешет пятки или мало собрали земляники в лесу. Все зависело от прихоти барина.Но законом четко регламентировалось избиение всех старших членов каждой семьи за укрывательство беглых крепостных.Перед самой отменой крепостного права, телесные наказания максимально смягчили: розги — до 40 ударов, палки — до 15 ударов, заключение в сельской тюрьме до 2 месяцев и в смирительном доме до 3 месяцев, отдача в арестантские роты на срок до 6 месяцев.Но назвать даже десяток калечащих ударов смягчением довольно сложно. Дворовую Прасковью Ларионову забили на глазах помещицы Салтыковой, которая на каждый стон жертвы поминутно выкрикивала: «Бейте до смерти»!

Когда Ларионова умерла, по приказу Салтычихи ее тело повезли хоронить в подмосковное село, а на грудь убитой положили ее грудного младенца, который замерз по дороге на трупе матери.

Надо сказать, что Салтычиха в своем садизме поразила даже прочих и было осуждена самой Екатериной, проведя 33 года в яме монастыря.Но все же, Салтычиха была крайней степенью, маньяком своего времени, более умеренным же тиранам все сходило с рук.Злосчастная моя судьба привела меня однажды по соседству с конюшней, где обыкновенно выполняются экзекуции крепостных, провинившихся или даже только подозреваемых в каком-либо домашнем проступке.

«Отпустите меня, — выкрикивала молодая девушка, — я больна, и вы не имеете права бить меня в таком положении»

. — Я беременна, — говорила другая женщина, — и если станете меня сечь, то лишите жизни ребенка, которого я ношу под своим сердцем.

«Я здесь для того, чтобы вас сечь, а не для того, чтобы выслушивать ваши возражения, — отвечал им суровый экзекутор громовым голосом. — Если бы всех их слушать, все они были бы больны, либо брюхаты.

Дальше! поторапливайтесь».И снова отчаянные крики и удары начали перемешиваться между собой.Француз И.

РуаПомещичьи и дворянские дети предпочитали лишаться невинности с крестьянскими дочерьми, так как до проституток необходимо было ехать в города, да и крестьянки были более надежным и безопасным вариантом.Нередко помещики собирали целые гаремы в имениях и щедро делились ими с друзьями или подросшими детьми.Чудовищное состоит в том, что нередко помещики насиловали не просто крестьянских девочек, но иногда и собственных дочерей от крепостных матерей!

Подробности чрезвычайно разнообразны.

Иной помещик заставляет удовлетворять свои скотские побуждения просто силой власти, и не видя предела, доходит до неистовства, насилуя малолетних детей… другой приезжает в деревню временно повеселиться с приятелями, и предварительно поит крестьянок и потом заставляет удовлетворять и собственные скотские страсти, и своих приятелей. А.П. Заблоцкий-Десятовский «Редкая девушка из дворовых избегала сластолюбивых покушений пятидесятилетнего старика.

Сверх того, в одном из флигелей его дома жили шестнадцать горничных… Окна во флигель были загорожены решеткой, двери запирались замками, от коих ключи хранились у Кирилла Петровича.

«Так писал А.С. Пушкин в «Дубровском», в его до цензурной версии, о нравах его современников из дворянских фамилий, сам мало отличаясь от них.Сопротивлялись ли крестьяне? Безусловно.Известный содержатель крепостных гаремов Измайлов, однажды устроил попойку и оргию, для чего согнал крестьянок, однако их оказалось мало! Тогда он распорядился пригнать женщин из соседнего села.Неожиданно, помещичьих охотников из числа дворни, там избили и женщин не дали.На следующий день, Измайлов со товарищами и дворней, налетели на село и сожгли его, а находившихся на покосе крестьян избили и порубили саблями.Одну из своих наложниц Измайлов заполучил в 12-летнем возрасте, на десяток лет посадив ее под замок.

Когда она попросила о свидании с родными, он приказал всыпать ей 50 плетей.Ей еще повезло, ведь другую наложницу — Нимфу, он повелел избить розгами, а затем отправить на завод к каторжанам, где она и сгинула.Закон не давал крестьянину никакой защиты кроме жалобы в глухой и слепой имперский суд, а вот помещику оставлял много вариаций произвола!Для самых строптивых у помещиков было несколько видов ликвидации:

  1. Порка за провинность, из-за которой неугодный «случайно» умрет
  2. Продажа жертвы другому помещику или сдача его в каторжные работы
  3. Наконец, провокация на преступление, с обличением, поимкой, с пытками, выжиганием на лбу и щеках литер статей закона и отправкой в Сибирь.
  4. Тайное убийство, когда жертву в тихом месте прикончат подручные барина или кто-то из своих же крестьян, за плату или послабление.
  5. Сдача в рекруты в армию, из которой не было возраста, так как 25 лет службы в постоянных войнах не оставляли шансов.

Ссылать в Сибирь было особенно популярна, из-за закона 1765 года, который зачитывал сосланных за рекрутов.

Перед каждым набором, помещик ссылал в Сибирь всех хворых и старых, а также неугодных, за что ему убирали рекрутский долг и не забирали в солдаты более сильных и лояльных. Сиверс в письме к Екатерине говорит, что во время набора 1771 г. русская армия благодаря этому праву лишилась по крайней мере 8 тыс.

хороших солдат. Сиверс высказывает сомнение, дошла ли хотя четвертая часть этого числа сосланных до места. Академик Паллас, путешествуя по Сибири, видел там этих сосланных; многие из них жили без жен и детей, хотя закон Елизаветы запрещал при ссылке разлучать жен с мужьями. Сосланные жаловались Палласу, говоря, что они очень тоскуют по покинутым детям и что если бы они были сосланы с семьями, то считали бы себя в ссылке более счастливыми, чем на родине под рукой землевладельцев.

В 70-х годах в Тобольской и частью в Енисейской губерниях таких сосланных с 1765 г.

считалось свыше 20 тыс. Граф Визанур — индиец в русском подданстве, выстроил в имении целую мировую карту, с домиками в разных стилях, у которых стояли статуи местных жителей. Гости удивлялись такому диву еще более, когда узнавали, что статуями служили голые живые люди, мужчины и женщины, покрашенные в белую краску.

Они, когда граф гулял в саду, часами должны были стоять в своих позах, и горе той или тому, кто пошевелится.Однажды, во время прогулки Венера ожила и бросила в графа песок, а сзади статуя Геркулеса проломила графу голову дубиной.Венеру запытали при следствии, Геркулеса после пыток сослали в Сибирь.Крестьяне бунтовали до сотни случаев за год по всей стране, как правило такие выступления подавлялись дворней помещика, подмогой соседей или местным гарнизоном солдат. Неграмотные, безоружные они слабо понимали, что бунт — билет в один конец и легко соглашались на мелкие уступки помещика «уймитесь, барин раскаялся!», за которыми следовала уже жестокая месть.Мы мало знаем о мучениях крестьян, так как они не оставляли мемуаров, а судебные дела по ним вершились крайне редко и с большой неохотой.Однако и помещичьи усадьбы горели нередко.Финалом расправы с крестьянином от помещика была высылка в Сибирь. Как правило, после пыток, клеймления и суда, это была высшая точка до которой доходили самые упорные и непримиримые.Только за первые 20 лет 19 века, в Сибирь сослали 4 000 крестьян!С учетом каторжан и вольных переселенцев в Сибири не только не было крепостного права, но и сформировался субэтнос из потомков людей не терпящих кнута, что отличало сибиряков от русских до времен индустриализации и Великой Отечественной войны.

20 мая 1842 года в России был опубликован указ

«О предании суду и наказании Российских подданных, которые будут изобличены в каком-либо участии в торге неграми»

.

Совершившим это преступление грозили наказания, предусмотренные в российских законах за разбой и грабительство на морях. До отмены крепостного права оставалось еще почти 20 лет.

Купить сборник рассказов можно

Порка крепостной

22-07-2011, 03:06

  1. 80
  1. 71 435

Конец отечественной войны 1812 года застал графа Гагарина в пути. Возвращался из Нижнего от брата.

Там пережидал лихолетье со старой матерью и двадцатилетним балбесом сыном — недорослем, который ни статью не вышел, ни умом.

Уж, лучше бы ты мужиком уродился, — не раз бросил ему отец, глядя крепких и румяных одногодков сына из крепостных.

Так те и воевали, всем селом подались в партизаны. От вновь прибывшего барина ждали милостей, а он им вкатил плетей, что хоромы не уберегли.

Спалил злой француз господский двор перед отступлением. Мужики за ту поголовную порку ожесточились, помрачнели.

Трудно свыкнуться с несправедливостью. Те же подати, барщина, конюшня.

Четыре дня на господских полях, пятый — на строительстве, нового паласа.

В воскресение батюшка не велит. А когда же на себя работать? Пробовали бунтовать – бесполезно.

Возвращавшийся с фронта эскадрон драгун так отполировал мужицкие спины, что два месяца чесались, а каждого десятого забрили в солдаты. После этого даже глухой ропот беспощадно пресекался.

Главное средство воспитания в усадьбе была и оставалась порка, от которой боль ужасающая, мертвящая. Дворовые по несколько раз на дню зажмуривали глаза, стараясь попасть пальцем в палец. Гадали — будут их сегодня пороть или обойдется.

Барин выписал из города матерого экзекутора, сорокапятилетнего уездного палача Ермошку.

Привязанный к позорному столбу или растянутый на лавке должен был оставить всякую надежду – пороть будут до тех пор, пока не польется первая кровь. Не отставал от барина и сынок. Молодой барич не полюбился сельчанам.

То там, то тут неслось ему вослед обидное: — Паныч, хоть господский, да кривич. У него действительно одно плечо заметно возвышалось над другим.

Если слова долетали до барского уха, следовал страшный розыск, кто виноват? Дотошное допытывание, приговор и неизменные розги. А может быть и тогохуже – плеть.

Особенно барин не любил шутить с кликушами. Выгонял из них беса немилосердно, приговаривая: -Хвост кнута длиннее языка бесовского.

На свою беду однажды в прачечной не удержалась молодая Валентинка.

Разоткровенничалась с бабами, излила душу. Накануне ее брата высекли в кровь, а сегодня и ее, сердечную, вызвали в залу.

Видимо, кто-то из своих донес. «Мир не без добрых людей». Внутренне содрогаясь, вошла в огромную и пустынную залу, убранную с мрачной, почти зловещей роскошью.

Кроваво-красные расписанные стены, обилие тяжелой позолоты, резные шкафы из черного дерева, подобные гробницам, навевали ужас на молодое сердечко.

Много зеркал, таких тусклых, что в них, казалось, отражались только лица призраков. По стенам развешаны большие гобелены.

Благочестивые картины старых мастеров, на которых римские солдаты, похожие на мясников, жгли, секли, резали, мучили разными способами ранних христиан. Это напоминала бойню или застенки святой инквизиции. Валентинка наяву храбрились, а в душу запала такая тоска, смешанная со страхом, что жить не .хотелось.

Понимала, та дерзость в прачечной даром для нее не пройдет. Жди страшной порки и погреба темного.

Шла осторожно, но внутренняя дрожь выдавала волнение. Груди у шестнадцатилетней Валентинки большие, круглые. Когда пробиралась по зале, оглядываясь на старинные Гагаринские гобелены, они так и подпрыгивали вверх-вниз, как два резиновых мячика.

Только попробуй их поднять. Тяжелые, как гири, они одновременно прохладные и мягкие. Валентинка была в том состоянии. когда знаешь, что тяжелый кулак поднят над тобой, готовый упасть в любую минуту.

Ан, не падает. Ждешь удара тяжелого, а его все нет. И от этого сдавлена, стиснута со всех сторон, что даже дышать тяжело. Расстегнув верхнюю пуговичку на шее, она откашлялась.

На шум откликнулся господский гайдук.

— Барич, кликуша пришла. Ждет, сердешная, вашего слова. С недоеденной костью в залу вошел молодой Гагарин. Оглядел Валентинку мутным зеленым глазом.

— На кого несла, гадина? Кого поносила? Отбросил в гневе кость на ковер- Ты бабушку мою задела, хамка. Запорю недоноску. Мучительную и страшную минуту переживала она.

Трясясь телом и содрогаясь душой, вышла на середину. Барич со злобой ходил по залу, ни слова не говоря.

А это был дурной знак. Когда кричал и ругался, тогда бранью истощал свой гнев. На Валентинку напал панический страх. На что угодно согласилась бы, лишь бы не пороли.

Скомканная, сброшенная впопыхах одежда была разбросана по всей зале.

Девушка осталась абсолютно голой. Без чепца и передника, разрумяненная от борьбы, она выглядела даже лучше. Темно-русые волосы разметались по спине, а широкие синие глаза неподвижно уставились в пол.

Лежак был без спинки и Валентинка тяжелым телом оказалась пригвожденной к дереву. В одно мгновение слуги приподняли подушками те части корпуса девушки, которые во все времена в господском доме служили проводниками барской правды.

Распластанное красивое женское тело возбуждало. Барич не преминул воспользоваться ситуацией.

Его руки жадно заскользили по телу крепостной. Ощупав мягкую, расплывшуюся грудь, под животом он обнаружил густую поросль, обильно смоченную женским соком. — Тебе нравится? -Да, так нравится.

что и с вами готова поменяться, — бросила через плечо, не глядя, острая на язык Валентинка, словно и не боялась. что вскоре должно было последовать румяние тех мест, откуда у девки обычно ноги растут.

По знаку барича справа и слева свистнули розги.

Первые красные полоски проступили на заднице.

Страшным воем огласила Вапентинка барские хоромы. За первым воем раздался второй, не менее пронзительный умоляющий вопль.

Казалось, что шлепки отвратительной розги слышны не только в доме, но и на барском дворе.

От стыда Валентинка не смела кричать громко, как бы ни было больно.

Дала себе зарок молчать, стиснула зубы.

Но девичья попка не резиновая и, хотя Валентинку и до этого драли и порка ей не в диковинку, продержаться без голоса она смогла только первую дюжину.

Потом разоралась во все горло. Действительность, от которой зажмуривала плаза и затыкала уши, настигала ее, врывалась через зад и не было никакого спасения от этих вездесущих розог.

Теперь всё то время, когда пороли, Валентинка неистово орала односложными повторяющимися звуками. -Оооооооопоо-о-ой. .ай-ай-ааааай!

Невыразимая злость и обида душили ее. Кусала ногти, рвала волосы и не находила слов, какими следовало бы изругаться на чем свет стоит.

Измученная страданиями, иссеченная почти в кровь, Валентинка совсем одурела от горя.

Того. чего боялась больше всего, получила, как ей казалась, сполна. Наивная, она не знала, что это далеко не конец ее мучениям. Тем не менее, орала и кувыркалась на лавке, как кошка, посаженная в мешок, перед утоплением.

Ее природная гибкость творила чудеса. Во время порки так выворачивалась назад, что присутствующие только диву давались.

Голова Валентинки иной раз оказывалась почти между ног, а длинные руки опоясывали попу и смыкались на животе.

– Выслуживается, Ежели, не забьет до смерти, то покалечит, как пить дать. Аспид, одним словом, кто такую после замуж возьмет? – И не говори. До палача вряд ли долетали эти слова.

Ермошка и без них остервенился дальше некуда. 25,.30,.35 – едва слышался негромкий счет ключницы. Потеряв всякий стыд от обиды, позора и боли, Валентинка орала на весь двор благим матом: – К-а-ат.г-а-ад.что6 тебя волки съели.чтоб тебя на том свете черти а-а-а-ай., – прибавляя при этом непечатную брань.

– Полайся мне, вдвое врежу, – лютовал Ермошка. А барин его сдерживал: – Чай. не чужую хлещешь, свою. Поостынь малость, девке еще жить да жить.

Работница, как никак. Меняй плеть на розги через десяток, дай ей воды. Палачи во все времена нелюбовью питались. Вроде и нужны, а доверия им нет.

Тем паче привязанности. На сороковом ударе кожа не выдержала, рассеклась, а еще через пару дюжин иссеченная спина несчастной опухла, из ран струились ручейки крови.

Ермошка не обращал внимание на ее вопли, порол долго и жестоко.

Несколько раз мочил плетку в кадке, а потом и мочить перестал.

Сама увлажнялась, пропитавшись кровью несчастной. Более пятидесяти полос составляли теперь отвратительную картину на теле почти ребенка. Свист, крики, свист, все слилось в едином, монотонном гаме.

Причитание в промежутках между ударами сменились на хрип, кровавые полосы слились в одно сплошное пятно на поминутно вздрагивающем теле. Одной только болью жила Валентинка, испытывая весь ужас истязания, непосильного для юного организма. В это время душевого отупения пред ней разверзлась широкая бездонная зияющая пропасть господских ужасов, силу которых она полностью испытала на своей коже.

Напрасно искали крепостные в глазах секущего признаки сожаления. К концу порки Ермошка был совершенно равнодушен, как бездушная машина. Даже к тайным прелестям девушки, которые она, обезумев от боли, бесстыдно выставляла напоказ.

На этот раз случилось Валентинке вкусить до семидесяти розог и плетей одновременно. – Баста. Отдохни, Ермошка. Славно потрудился.

Пойди выпей водочка за мое здоровье. А ты, девка, молодец. Держалась, как подобает.

Держи алтын на пряники. После порки Валентинка не могла ни сидеть, ни стоять по-человечески.

Ее отнесли на рогоже под навес. А под вечер, согнувшись в три погибели, еле-еле доковыляла к дому.

Погреб «милостивый» барин отменил, за что отец Валентинки целовал ему руки. – Хоть поджег бы кто этот проклятый дворец, – шептала она на домашних полатях.

И тут же: представляла, как с зажженной паклей в руках, она спускается в подвалы господского дома и делает там страшные костры, не менее страшные, чем та порка. которой ее подвергли давеча. Язык пламени начинает лизать барские хоромы, от чего на душе становится празднично. Прошла неделя, сельский костоправ осмотрел Валентинку и нашел, что все на ней зажило, как на собаке.

И погнали ее наутро, как и остальных, на барщину.

Ничто не изменилось в жизни смолян н после кончины барина.

Барич проводил ту же политику, поборами, правда, меньше давил, а порол также бесчеловечно, как и покойный батюшка. Только Ермошка спился, упокой, господь, его душу.

Да ему быстро нашли замену. Мало ли палачей на Руси.

Последние новости по теме статьи

Важно знать!
  • В связи с частыми изменениями в законодательстве информация порой устаревает быстрее, чем мы успеваем ее обновлять на сайте.
  • Все случаи очень индивидуальны и зависят от множества факторов.
  • Знание базовых основ желательно, но не гарантирует решение именно вашей проблемы.

Поэтому, для вас работают бесплатные эксперты-консультанты!

Расскажите о вашей проблеме, и мы поможем ее решить! Задайте вопрос прямо сейчас!

  • Анонимно
  • Профессионально

6 thoughts on “Порка крепостных девок

  1. Ну напополам подходит. Вообще-то я близнец, а знак этот самый непостоянный, разносторонний. Два человека — близнеца могут быть абсолютно разными!

Comments are closed.

Задайте вопрос нашему юристу!

Расскажите о вашей проблеме и мы поможем ее решить!

+